Понедельник, 29 февраля 2016 18:13

Я пишу, словно сверху диктует кто-то…

Готов ли кто-то из нас стать автором собственной книги? Каждый здравомыслящий человек понимает, что это большая ответственность и титанический труд. Но есть те, что берутся и пишут. О чем? Конечно, о том, что ближе всего душе.

Совсем недавно вышло в свет третье издание автобиографической книги бывшей работницы химкомбината Таисии Степановны Олейниковой. В одной из рецензий есть такие слова: «Это книга воспоминаний, это книга – учитель, это книга – наставление, это книга о том, как нужно относиться друг к другу, и не только в семье, хотя с семьи все и начинается»… И хотя жизнеописание – не самая главная тема в ее литературных трудах, начнем разговор именно с биографии, перипетии которой часто являются основой формирования мировоззрения человека.

 – Таисия Степановна, Вы рассказываете, что родились в Воронежской области.

 – Да. В селе Пирогово Меловатского района Воронежской области. А в Воскресенск я приехала вместе с мужем  Василием Михайловичем Олейниковым, который стал работать на химкомбинате сначала секретарем комитета комсомола, затем начальником ремонтно-строительного цеха.

Он – мой односельчанин, круглый сирота. Отец погиб в 1943 под Ленинградом (через много лет после войны мне удалось разыскать его могилу) мать тоже вскоре умерла. Время было тяжелое, военное. Мы с восьми лет работали в колхозе наравне со взрослыми.

Василий подрос, колхоз дал ему небольшую помощь - материал на брюки и женские чулки вместо мужских носков, и он поехал поступать в строительный техникум. Окончил его с отличием и вместо срочной службы в армии отправился в Ейское высшее военно-морское Ордена Ленина авиационное училище. Правда, полетать ему не пришлось. Военно-морскую авиацию в стране ликвидировали. Ему предлагали  вступить в отряд космонавтов, но я до того испугалась за него, что уговорила отказаться. А так, возможно, хоть и не первым, а вторым или еще каким-нибудь по счету космонавтом мой муж стал бы.

По своей гражданской специальности он мог устроиться работать в любой город страны. Предлагали в Сочи, а Василий сказал: «А дайте-ка карту. Куда пальцем, не глядя, ткну, туда и поеду». Попал в Воскресенск Московской области. Устроился на химкомбинат. Потом попросил у директора Николая Ивановича Докторова три дня в счет отпуска, приехал в Пирогово, и мы поженились. За свадебным столом нас было четверо: мы с Василием, его бабушка и моя мама. Это было весной 1958 года.  

- И Вы поехали за мужем в Воскресенск?

 - Сначала он, а через несколько дней и я. Василий был прописан в общежитии, а у меня прописки вообще не было. Сняли мы частную квартиру на улице Железнодорожной у самого леса, и ко мне каждый день стала ходить милиция, чтобы выселить из Московской области. А у нас уже и сын родился. Тогда нам помог Николай Иванович Докторов.

 – Каким Вам запомнился этот легендарный директор химкомбината?

 –  Прекрасный человек! Он очень многое для нас сделал. Когда Докторов узнал о наших проблемах, то распорядился выделить комнату в доме на улице Советской. Потом помог и с трудоустройством - меня оформили в цех силикагеля и дали место в яслях.

Потом, когда семья еще подросла, и сыновей стало двое, нам дали квартиру на улице Победы, где я и сейчас живу. Позже я окончила экономический техникум и работала главным бухгалтером и старшим экономистом в Воскресенском РСМУ №12. А мальчишки мои уже давно выросли и стали профессиональными военными.

Николай Иванович Докторов, несмотря на огромную занятость, всегда находил время, чтобы вникнуть в проблемы сотрудников и помочь.

– Муж, военный летчик, не тосковал по небу?

– Тосковал!  Одно время узнал, что его однокурсники ушли в гражданскую авиацию, и тоже стал об этом подумывать, но все же, остался на химкомбинате и проработал до ухода на пенсию.

  – Когда же появилось у Вас желание писать книги?

 – Сегодня я отвечаю на этот вопрос: «Меня  вел господь!». Еще когда я жила в деревне, у нас все знали народные приметы, соблюдали традиции: ходили  колядовать на Рождество, весело праздновали Широкую Масленицу…

Мой отец мой был грамотным, окончил церковно-приходскую школу с отличием. И даже имел «Евангелие» с дарственной надписью - а книги тогда были большой редкостью. К нему, как к человеку грамотному, соседи шли за советами, и он никому не отказывал. А нас – детей приучал к чтению. И, конечно же, он лучше всех знал, как вести хозяйство, основываясь на многолетнем деревенском опыте. Бывало, скажет: «До Егория (обряд первого выгона скота на пастбище – прим. автора) осталось столько-то дней, надо постараться, чтобы овцам сена хватило».

Когда я переехала в Воскресенск, очень скучала по дому, вспоминала многое. Отца уже не было, а мама уехала на Дальний Восток к сестрам. Думаю, эти воспоминания подтолкнули меня писать заметки о народных приметах и собирать рецепты  косметики «с грядки». У меня даже была своя рубрика в районной газете. Поэтом, когда вышла на пенсию, муж сказал: «Напиши книгу». И появилась первая книга «Народные приметы, обычаи и обряды русского народа». Василий очень этого хотел, и меня поддерживал!

 – Он так верил в Вас! Ведь не каждый человек может взять, да и написать книгу?

 – По-видимому, верил. Помнил, что когда-то я была лучшей ученицей школы. Когда, много лет спустя, я приехала на столетие нашей школы, учителя говорили, что ни до меня, ни после так  хорошо никто из детей не учился. И сейчас там весит стенд с моей фотографией, и в библиотеке есть мои книги.

Муж все повторял: «Ты сможешь!». И я решилась. Начинать было трудновато. Я вспомнила, все что знала, использовала вырезки из разных изданий, которые собирала много лет и все систематизировала. Потом купила книжечку с подробной инструкцией, как создать рукопись, какие поля оставить для редактора, сколько строчек напечатать на машинке, и приступила к делу.

Машинки печатной у меня не было, о компьютерах еще никто не помышлял, и я начала писать от руки.

 – То есть вы стали писать книгу, точно решив, что доведете дело до конца, и она будет напечатана?

 – Да! Однажды мне повезло. Когда старший сын уже был офицером и служил недалеко от Байконура, я поехала его навестить, и там по случаю купила машинку. Вася сказал, что будет сам печатать рукопись. Так и напечатали. Но издать книгу оказалось большой проблемой.

В то время издательства были закрыты для широкого круга авторов, не каждый желающий мог добиться производства своей книги. До сих пор удивляюсь, какая сила заставила меня все это пробивать. Куда ни позвоню – везде первый вопрос:

– Где вы до этого издавались?

– Нигде.

– До свидания.

Помню издательство «Советская Россия». Пройти дальше вестибюля нельзя, можно только звонить по внутреннему телефону. Ответила мне некая Раиса Васильевна, и, не читая рукописи, сказала: «Мой вам совет – бросьте это дело!  Книги писать не каждому дано. Мой знакомый - известный журналист, и то не смог. А у Вас и подавно ничего не получится!».

 – Расстроились?

 – Очень. Приехала домой, а муж говорит: «Не слушай ее, все у тебя получится. Пробуй в какие-нибудь газеты и журналы».

Поехала в «Крестьянку», в «Работницу», дала отдельные главы, и через неделю их опубликовали. Я - в «Московский комсомолец», в «Человек и закон» – взяли с удовольствием. А тут началась  перестройка, и издательства отвечали: «Да, интересно, но сейчас мы напечатать не в состоянии».

Очень поддержала меня в тот момент моя крестная тетя Саша, староста Георгиевского храма в поселке им. Цюрупы, где я крестилась уже взрослым человеком (перед смертью она стала монахиней Агафоклией). «Пиши, у тебя получиться!».

Получилось! Книга вышла в издательстве «Прометей». Потом они же меня попросили написать книгу об именах православного календаря, со значениями. Я взялась. Никакой литературы в широком доступе не было. С большим трудом мне удалось раздобыть лишь старый церковный календарь. Когда книга была готова, ее проверили в издательском отделе Патриархии и дали хорошую рецензию, что книга, мол, замечательная и своевременная, и нужная народу. И тут же  попросили написать книгу о том, какому святому, о чем молиться. Я снова взялась.

 - Для такого труда нужны первоисточники. Где Вы их брали?

- Муж посоветовал записаться в библиотеку имени Ленина. Там мне сначала наотрез отказали: надо иметь высшее образование, работать над научной темой, предоставить рекомендации. Неожиданно выручила женщина из очереди. Страшно удивившись, что я пишу книги, она посоветовала принести рекомендацию от издательства. Так меня записали в «Ленинку».

Это был книжный рай, где можно найти все!  Ксерокопии тогда были тоже своего рода чудом. Разрешали делать по 10 страничек в день на одного человека из ста читателей. Спрос был большой, и я ехала на электричке в 4 утра, потом два часа стояла на морозе у библиотеки, чтобы попасть в заветный список.  В девять открывалась библиотека, и я шла в читальные залы, а к часу дня выдавали ксерокопии и микрофильмы.

Эта работа захватила меня! Когда-то, будучи школьницей, я просила разрешения у учителей переписать все работы в своей школьной тетради, если среди отличных отметок попадалась одна «четверка». И они разрешали. Теперь эта кропотливость и аккуратность очень мне пригодились.

Со временем у меня вышли новые книги, пошли в продажу. А сама я собрала большую православную библиотеку, необходимую мне для работы.

 Как-то Благочинный одного из округов Москвы Леонид Ролдугин - однокурсник Патриарха Алексия II, прочитав мою книгу «На троицу поклонилась береза», удивился тому, как я хорошо знаю «Священное писание». А ведь я постоянно, с карандашом в руках читала и жития, и многочисленные толкования, и «Четьи-минеи», вот все и изучила.

– Сколько сегодня у Вас вышло книг?

 –  Я пишу уже 27 лет. Два года назад в день православной книги 11 марта выступала перед молодежью в библиотеке. На подготовленной книжной выставке было представлено пятьдесят моих изданий. Сегодня их еще больше, и многие хорошо известны в православных кругах.

Когда архимандрит Алипий из Троице-Сергиевой Лавры увидел составленный мною «Тропарион», где собраны тропари, кондаки и величания на праздники Господни, Богородичны, святых угодников Божиих и икон Божией  на каждый день года, он спросил: «Где Вы их столько набрали, мои монахи не смогли столько собрать?!». Такого полного сборника прежде не издавалось. А предназначен он и клирикам, и мирянам.

Книга «Какому святому, в каких случаях молиться» оказалась очень востребована. Люди прибегают к собранным в ней молитвам и, находят помощь.

Я встречаю свои книги и в церковных лавках, с радостью узнаю о том, что они есть в храмовых библиотеках, даже в Синодальной библиотеке Московского Патриархата.

 – Патриархия выступает заказчиком?

 – Нет, она только проверяет. Я сама ищу издательства. Если они берутся опубликовать, то отдают в рецензионный отдел Патриархии  для получения благословения.

  – А откуда берутся темы?

 – Трудно сказать. Но все время откуда-то приходят. Иногда думаю: все, хватит,  устала. Ведь мне уже и лет немало, и напряжение, связанное с работой над книгой и выпуском в свет, велико.  Но стоит остановиться, проходит дня три, и меня снова непреодолимо тянет писать. И я пишу, словно сверху кто-то диктует. Видно, это – мое предназначение.

 

Беседовала Ирина Александрова

Прочитано 1990 раз