Пятница, 22 января 2016 08:44

Про милицейский опыт, кадровый резерв и сенокос для химиков

Этого человека безо всяких натяжек можно назвать живой легендой. Он участник героического парада войск на Красной Площади 7 ноября 1941 года, а также - еще более значимого в истории страны парада Победы 24 июня 1945 года. Почти 10 лет руководил Воскресенским отделом внутренних дел, а потом 17 лет возглавлял кадровую службу химкомбината. Почетный гражданин Воскресенского района, кавалер высоких правительственных наград.


Беседовать с Алексеем Николаевичем Перепелкиным одно удовольствие. разменяв три года назад десятый десяток (!) лет, он великолепно помнит все этапы своей жизни до мельчайших подробностей. конечно, как ветерана Великой отечественной войны и органов внутренних дел Перепелкина по публикациям в СмИ знают довольно хорошо. а вот о его работе на химкомбинате написано не так много. Спешим исправиться. но было бы нелогично сильно сужать рамки разговора. Итак, традиционно: о жизни, о людях и о себе.

- Алексей Николаевич, какой дорогой Вас жизнь привела на химкомбинат?

- Я в течение многих лет был депутатом городского совета, членом исполкома и членом горкома партии. Заканчивается как-то пленум городского комитета КПСС, и Николай Иванович Докторов мне говорит: «Алеша, ты что-то оплошал совсем». А я только недавно вышел из больницы после приступа и выглядел откровенно плохо. Понимая, что мне просто необходимо сменить работу, он пригласил меня на химкомбинат.

- Кажется, что очень разные должности: начальник отдела милиции и заместитель директора по кадрам…

- Нисколько. работа в милиции – это работа с людьми в широком смысле этого слова. В кадровой службе тоже работа с людьми. Я могу не знать химических технологий – это проверят специалисты, но я обязан уметь подобрать на определенную должность человека в соответствии с его способностями. Кроме того, ни один кадровик не сможет работать, если он не знает трудового законодательства. А в высшей школе милиции, которую я заканчивал заочно, юридическая подготовка была на высшем уровне. Помню, как я сдавал экзамен по гражданскому процессу. Ответил на билет и на четыре дополнительных вопроса. Мне единственному из заочников поставили «пятерку».

- Вы пришли на химкомбинат в конце 60-х годов в пору его активной реконструкции. Где брали специалистов?

- Трудно было с кадрами. Нужен был начальник аммиачного производства. Я поехал в Тульскую область, в Новомосковск, и там нашел такого человека.

- Какими доводами агитировали сменить работу?

- Надо рассказать, что такое в 60-е годы была Московская область. Здесь прописаться иногородним было невозможно. Она была закрытым регионом. Из Тульской области я прописать человека не имею права. Я еду на прием к заместителю председателя Мособлисполкома и доказываю ему, что развитие химической отрасли – это государственная задача. А тогда вопрос увеличения выпуска минеральных удобрений для сельского хозяйства стоял на контроле ЦК КПСС. Возразить мне в этом плане никто не мог, и выделяли трудовые резервы для химкомбината. Как думаете, на сколько человек нам выдали лимит? На шестьсот человек! Именно столько я имел право пригласить рабочих из других областей.

Ну а что касалось нашего будущего начальника аммиачного производства, то ему предложили и более высокую зарплату, и жильё.

- И как же его отпустили из Новомосковска, ведь он был ценный специалист?

- Кадровая служба для надежной работы должна иметь резерв. Так вот, на новомосковском комбинате такой резерв был, а у нас нет. Но мы чуть позже его тоже создали.

- И что, даже на должность директора была кандидатура?

- Конечно. Докторов же иногда вынужден был уезжать, в отпуск уходил. Его замещал главный инженер Новиков Анатолий Артемович.

Когда строился цех фтористого алюминия, то я даже в Среднюю азию за специалистами ездил. В воинских частях агитировал солдат, которые должны были демобилизоваться. Из других областей с удовольствием ехали на наш химкомбинат. Я пришел на комбинат, на нем числилось около 7 тысяч человек вместе с непрофильными структурами: ЖКХ, медицина, спорт и т.д. Через три года стало уже 10 тысяч работников. У нас никогда не было такой ситуации, чтобы из-за отсутствия специалистов мы не могли запустить новые цеха.

- Вам повезло быть, как сейчас принято говорить, в команде Докторова. В чем была особенность работы с Николаем Ивановичем?

- Он никогда, или, может быть, очень редко менял свои решения. Если мы с ним договорились, что такого-то человека назначаем начальником цеха, то так оно и происходило.

- Вы, как бывший милиционер, наверное, видели, что вокруг Николая Ивановича Докторова плели интриги?

- Я никогда об этом и думать не мог. Не представлял, что может быть такая человеческая злоба. Это был кристально честный человек. никто не сделал столько для города, сколько сделал Докторов. История все расставила по своим местам. Несмотря на то что его оклеветали, мы назвали улицу его именем, Дворец культуры – его именем, установили бюст и скульптурную композицию около Дворца спорта. А тем, кто занимался кознями, я прямо скажу: ни дна бы им, ни покрышки.

- Кроме кадров в Вашей зоне ответственности на химкомбинате была и шефская помощь селу. Расскажите об этом, а то ведь современная молодежь и не знает, что это такое.

- За нами был закреплен самый крупный совхоз в районе – «Воскресенский». Мы помогали сено заготавливать. А еще в совхозе «Фаустово» овощи убирали.

С сеном случилась одна интересная история. Идет заседание районного штаба по шефской помощи селу. В президиуме я сижу на втором ряду прямо за спиной Николая Ивановича. А было такое решение: накосить на каждого рабочего по 200 кг сена. На комбинате уже около 10 тысяч работников, и сена нам надо по этому плану заготовить где-то 2 тысячи тонн! Мы скосили все, что нам показали в совхозе, и сдали 11 тонн сена (смеется). И вот на заседании штаба первый секретарь горкома Михаил Егорович Махатаев озвучивает наши показатели. Кто будет отвечать за невыполнение плана? Вижу, как у Докторова начинает багроветь затылок. Нервничает, значит, директор. Я, конечно, как ответственный за шефскую помощь, вызываюсь держать ответ. Мне и слова сказать не дают, а уже грозят, что могу остаться без партбилета.

- За сено?

- Так получается. Выхожу я и начинаю доказывать, что мы скосили выделенные площади, а кто сомневается, может проверить. И еще, не мешало бы подумать про нормативы, прежде, чем их устанавливать. А кто их устанавливал? Секретарь горкома, больше некому. А еще в районе ни кос не заготовили, ни граблей…

- Так и сказали?

- Так и сказал. Чего мне бояться-то? Махатаев шумел, конечно, но кончилось все нормально. Тогда на площади стояли информационные доски, где вывешивали газеты и разные планы и графики. Напротив химкомбината, вижу, стоит плановая цифра шефской помощи - 1 тысяча тонн сена. Ну, эту тысячу мы совхозу «Воскресенский» потом всегда накашивали...

- Алексей Николаевич, с высоты огромного жизненного опыта, что бы Вы пожелали воскресенским химикам в год 85-летия предприятия?

- Я понимаю, что везде смотрят на доходность. Если отрасль дает доход, то она будет развиваться. Мне хочется пожелать нашим инженерам найти такие технологии, которые бы давали покупателям качественную продукцию по приемлемой цене. Тогда химкомбинат будет работать и отметит еще не один юбилей.


Беседовал Альберт Понасенков

Прочитано 1037 раз